Главная » Документы » Акты исторические 1680 -1689гг. » Акты исторические 1681г.

1681_исход – 1682 первая половина

1681г. исход первая половина 1682 г. – Отписка Ивана Исакова с р. Пенжиной, (исход 1681 - первая половина 1682 г.49, ДАИ 8, 44:ХХІV50)

Великого государя царя и великого князя Феодора Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, столнику Ивану Фомичю51 Пенжины реки приказной казак Ивашко Исаков челом бьет. Послан я Ивашко из Якуцкого острогу великого государя на службу на Пенжину реку приказным человеченком на перемену, казаку Михайлу Воропаеву, и велено у него Михайла принять мне Ивашку служилых людей и казну великого государя; и приехав я Ивашко в прошлом во 189 году маия в [пропуск] день [май 1681], принял я Ивашка у него Михайла служилых людей и казну великого государя товарную и куяки великого государя, и сколко чего принято у него Михайла, и в том с ним Михайлом росписался, и росписной список послан под сею отпискою в Якуцкой острог, и велено отдать в съезжей избе тебе столнику Ивану Фомичю; да мне же Ивашку велено у него Михайла принять аманатов и книги ясашные, и у него Михайла я Ивашко на Пенжине реке аманатов не заехал ни единого человека, и казны великого государя ясашные и книг нет, потому что он Михайло ходил в походы и иноземцов в походах не нашол, потому что те иноземцы от реки прочь отъехали от Пенжина, послышали его Михайлово войское52; и при мне Ивашке на Пенжине реке никакие ясашные иноземцы не бывали, потому что река голодная, корму на реке нет, и мы холопи великого государя на службе на Пенжине реке голодом помираем, и впредь нам служилым людем жить не у чего, и промышленые люди и торговые с Пенжина-реки розошлись, потому что на Пенжине реке соболей не стало и корму нет. И в нынешнем во 190 году [сент. 1681 - авг. 1682] из Анадырского острожку приказной человек сотник Иван Курбатов писал ко мне Ивашку на Пенжину реку отписку53, и под отпискою послал челобитную заручную с служилыми людми и с промышлеными, что в прошлом во 189 году шел он сотник Иван Курбатов с Ковыми реки в Анандырской острожек на перемену десятнику казачью Ивану Потапову, и на Каменю у него сотника неясачные и ясачные иноземцы побили 16 человек и казну великого государя отбили, и после того пришли к ясачному зимовью и обсадили Анандырской острожек, не выпустят из острожку на рыбную ловлю, не дадут и обсадили Анандырской острожек, не выпустят из острожку на рыбную ловлю, не дадут аманатских кормов промышлять аманатских кормов промышлять; и писал ко мне сотник Иван Курбатов о выручке, что [бы] выручить его сотника из осады в Анандырском острожке и на Каменю казну великого государя сыскать, что с ним сотником шла в Анандырской острожек54; и я Ивашко хочю итти с служилыми людми на выручку к сотнику Ивану Курбатову в Анандырской острожек, чтобы великого государя казна на Каменю не погибла, чтобы им неприятелям неповадно было55. А [эту] отписку и розыскной список послал [я] с казаком с Михайлом Ворыпаевым56 и велел отдать в съезжей избе тебе столнику Ивану Фомичю57.

Примечания:

49. Датируется по содержанию: автор составляет и отправляет комментируемую отписку уже после того, как получил известие из Анадырского острога, отосланное в «190 году» (см. конец текста). Отметим, что автор отписки адресует ее И.Ф. Бибикову, то есть еще не знает, что в начале августа 1681 г. его сменил на посту якутского воеводы И. В. Приклонский (см. выше, прим. 32), однако известие об этой смене могло идти из Якутска на Пенжину много месяцев.
50. ДАИ 8: 182.
51. И.Ф. Бибиков, см. прим. 32.
52. См. текст 3 и прим. 25.
53. Это заведомо не та отписка Курбатова, что приводилась выше: та была отправлена не в «190» году, а 4 августа «189» года, и адресовалась не «Ивашку [Исакову] на Пенжину реку» (как обсуждаемая отписка), а к стольнику И.Ф. Бибикову в Якутск.
54. Нападение «иноземцов» на Курбатова «на Каменю», когда у него было побито 16 человек - это (как видно, в частности, из числа потерь) то самое нападение «Юкагирей Ходынского роду», о котором сообщается в отписке самого Курбатова (см. выше, текст 5). Однако осада Курбатова в Анадырском остроге, о которой Иван Исаков сообщает со слов Курбатова в следующей же фразе - это не та осада юкагирами Курбатова «в острожке», о которой повествует Курбатов в собственной отписке после сообщения о потере им 16 человек от рук тех же юкагиров. Не говоря о том, что последней осаде Курбатов подвергся по дороге в Анадырский острог, а вовсе не в нем самом [прим. 39], названная осада «в острожке», отраженная в отписке Курбатова, окончилась рассеянием осаждавших в мае «189» = 1681 г., и Курбатов никак не мог бы ни писать
о ней Исакову в «190» году как о продолжающейся, ни просить в «190 году» у Исакова помощи против этих осаждающих. Таким образом, у Исакова речь идет об иной, более поздней, чем отраженная в отписке Курбатова, осаде, и ход событий однозначно восстанавливается следующим образом:
- в апреле — мае 1681 г., двигаясь в Анадырский острог, Курбатов подвергся нападению юкагиров- ходынцев и пр. и отсиделся от них в осаде в «острожке», продолжавшейся месяц и завершившейся тем, что отряд юкагиров-чуванцев под началом Моторы прогнал осаждавших; весь этот эпиход отразился в отписке Исакова в единственной суммарной фразе: «на Каменю у него сотника неясачные и ясачные иноземцы побили 16 человек и казну великого государя отбили»;
- в июне 1681 Курбатов, продолжив путь, прибыл в Анадырский острог и принял его под свое начало;
- 4 августа 1681 г. Курбатов отправил из Анадырского острога я Якутск казаков Ивана Андреева и Василия Сухарева со своей отпиской ДАИ 8, 44:ХХІІІ = наш текст 5 (они прибыли с этой отпиской в Якутск 1 июня 1682 г., см. текст 5, помету на обороте); вместе с Андреевым и Сухаревым в Якутск, вероятно, ушли Иван Потапов и прочие служилые, которым Курбатов привел смену;
- еще позже те же юкагиры, что нападали на Курбатова весной, обложили его самого в Анадырском остроге, не допуская людей оттуда выходить на промыслы (о чем и сообщает Исаков; то, что речь идет об одних и тех же юкагирах, доказывается тем, что и нападение весной 1681 г., и осада Курбатова в Анадырском остроге рисуется Исаковым, со слов самого Курбатова, как последовательные дела одних и тех же «иноземцев»: «на Каменю у него сотника неясачные и ясачные иноземцы побили 16 человек и казну великого государя отбили, и после того пришли к ясачному зимовью и обсадили Анандырской острожек») ; поэтому Курбатов в «190» году, т.е. не ранее сентября 1681 г., отправил еще одну отписку, на этот раз на Пенжину, к Ивану Исакову, и при ней челобитную, прося у него помощи против этих осаждающих;
- получив эту отписку, Исаков собрался оставить Пенжину (где все равно не было ни достаточных возможностей для пропитания, ни аборигенов) и идти в Анадырский острог на помощь Курбатову (см. далее по тексту), о чем и написал в Якутск комментируемую отписку (все в том же «нынешнем 190» году, т.е. не позже августа 1682 г.); см. след. прим.
55. По указанию Б.О. Долгих, Исаков действительно оставил Чендонское зимовье (которое тем самым осталось навсегда заброшено) и ушел в Анадырь в 1682 / «190» г.; «189» / 1681 г. - последний год, за который Чендонское зимовье еще числится в ясачных книгах, причем в заключительной записи о нем указывается, что уже и в последние несколько лет перед тем в Чендонском зимовье в действительности никакого ясака не собирали и иноземцев там не было, а противоположные сведения за эти годы в ясачных книгах были внесены ложно: «А писал то зимовье по вся годы не делом подъячей Петр Удин» [Долгих 1960: 413]. Все это полностью согласуется со сведениями отписок Михаила Ворыпаева и Ивана Исакова (тексты 3 и 7) и наказа самому Пермяку (текст 1) о том, что после Андрея Щипунова пенжинские приказчики не собирали ясака и не контролировали каких-либо аборигенов.
Отметим, что в феврале 1683 г. приказчиком в Анадырском остроге был уже Елисей Осипов (прим. 79), а до него, в 1682-1683, - Никита Тютин, который согласно списку анадырских приказчиков, предложенному в РМЛТО, и был приказчиком Анадырского острога непосредственно между Курбатовым и Осиповым [РМЛТО: 326; отметим, что вместо имени Ивана Курбатова в этом списке на соответствующем месте по ошибке вторично проставлено имя Родиона Кобелева, приказчика на Анадыре в 1668-1676]. Поход Исакова на соединение с Курбатовым можно помещать, тем самым, на первую половину 1682 г.; к концу этого года в Анадырском остроге уже начальствовал Тютин. Весьма возможно, что Иван Исаков тождествен «Ивану Исакову Тобольскому», находившемуся на службе в Анадырском остроге в 1686 г. (см. прим. 89); если это так, то Исаков так и оставался на службе при Анадырских приказчиках.
Иван Исаков, однако, не был, по-видимому, последним приказчиком на Пенжине (каким его считает Б.О. Долгих). Согласно сведениям, приведенным М.И. Беловым, таковым должен считаться Иван Голыгин, прибывший на Анадырь с Пенжины в феврале 1683 г. с назначением на должность приказчика Нижнеколымского зимовье, а до того бывший приказчиком на Пенжине (он оставил Пенжину, очевидно, к концу 1682 г. и двинулся оттуда на Колыму через Анадырский острог, который покинул, следуя далее на Колыму, 1 марта 1683 г.; в Нижнеколымское зимовье он прибыл в октябре 1683 г.) [Белов 1956: 184; РМЛТО: 314, прим.1; ср. ниже, 11]. Между тем сведения об уходе Ивана Исакова с Пенжины на Анадырь поступили в Якутск не ранее февраля 1683 г. [прим. 63], что поднимает вопрос о том, кто и когда назначил Голыгина приказчиком на Пенжине, а потом - нижнеколымским. Если он был в какой-то момент отправлен из Якутска на Пенжину на смену Ивану Исакову (еще до получения отписки Исакова о его уходе на Анадырь), то когда он же мог успеть еще до конца 1682 г. получить назначение в Нижнеколымское зимовье? Если же он был отправлен из Якутска с назначением в Нижеколымское зимовье, то как он мог оказаться приказчиком на Пенжине? Если сообщение М.И. Белова о его пребыванием приказчиком на Пенжине отвечает действительности, то распределению событий и дат лучше всего будет отвечать такая реконструкция: Иван Голыгин давно находился на Пенжине (при Исакове, а может быть, и при предыдущих приказчиках); уходя на Анадырь, Иван Исаков оставил его замещать себя в должности приказчика на Пенжине (ср.: Исаков ведь не пишет в Якутск о том, что оставляет Пенжинское зимовье вообще брошенным, уводя оттуда всех людей), тем временем из Якутска отправили Ивану Голыгину, как одному из служилых людей на Пенжине, назначение на должность приказчика Нижнеколымского зимовья, и Голыгин отправился на Колыму через Анадырь в том же 1682 г., а Пенжина осталась полностью заброшенной. Проверка этой реконструкции и выяснение всего вопроса требует привлечения новых архивных источников.
Судьба Ивана Курбатова также неясна: еще в феврале 1683 г. последними существенными известиями, полученным в Якутске об Анадыре, были сообщения Курбатова о нападении на него юкагиров и утрате им государевой казны весной 1681 г. (см. ниже, прим. 63); эти известия были получены в Якутске 1 июня 1682 г, а к 1683 г. в Анадырском остроге Курбатова сменил Тютин. Был ли Курбатов ранен или убит в бою с юкагирами (ср. прим. 74), или, получив его отписку и узнав, что он утратил государеву казну по дороге на Анадырь, якутский воевода немедленно отдал приказ о его замене на посту анадырского приказчика, и в результате его и сменил еще до исхода того же 1682 г. Тютин?
56. Таким образом, смененный Исаковым в должности приказчика на Пенжине еще в мае «189» = в мае 1681 г. Михаил Ворыпаев оставался при Исакове еще достаточно долгое время - до самого момента составления и отправки в Якутск комментируемой отписки (которую Ворыпаев туда и повез), т.е. до начала «190» года как минимум.
57. Комментируемая отписка Исакова была доставлена в Якутск не ранее середины февраля 1683 г., см. прим. 63.


Воспроизводится по:

А. А. Немировский Материалы по истории юкагиров и русской власти на Пенжине и Анадыре во второй половине 1670-х - середине 1680-х гг.

Категория: Акты исторические 1681г. | Добавил: ostrog (01.05.2012)
Просмотров: 506 | Теги: Курбатов, Пенжина, Исаков, воевода, Ворыпаев, острожек, казна, казак, Отписка, БибиковАнадырский | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]