Главная » Документы » Акты исторические 1690 -1699гг. » Акты исторические 1692г.

1692.07.11

1692г. Июля 11. Наказ таможенному Голове города Верхотурья. — О сборе таможенных пошлин и питейных доходов. — С приложением росписи таможенных печатей Сибирских городов.

По указу Великих Государей Царей и Великих Князей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича память Устюжанину посадскому человеку Григорью Скорнякову. Быти ему в Сибири на Верхотурье в таможенных и в кабацких и в заставных Головах и для проезда Сибирских Воевод и Дьяков и письменных Голов и торговых и промышленных всяких людей, а с ним в ларечных целовальниках Верхотурским посадским людем для того, как по указу Великих Государей велено кому быть на Их Великих Государей службе в Сибири Воеводам и Дьяком и письменным Головам, и те Сибирские Воеводы и Дьяки и письменные Головы возят с собою с Москвы и из иных городов в Сибирь многия вина и меды и всякие запасы и товары для торговли и для бездельных своих прибытков, сверх проезжих грамот, и будучи в Сибирских городех, теми своими запасы вином и медом сами и дети их торгуют, продают то вино и мед и иные всякие запасы и товары свои на деньги; а иные меняют на соболи и на лисицы и на иную всякую Сибирскую мягкую рухлядь, и соболи и лисицы черныя и чернобурыя и бурыя и шубы лисьи черныя, и шапки лисьиж и горностайныя и иную всякую добрую мягкую рухлядь выкупают, а иную многую рухлядь у ясачных и у торговых и у промышлен-[131]ных и у всяких людей емлют насильством, и в посулех и в поминках и вывозят сами и с детьми и с племянники и с людьми и с торговыми и с промышленными людьми из Сибирских городов к Москве и в иные в Руские городы высылают, а в Государев ясак с ясачных и с торговых и с промышленных людей в десятую пошлину емлют в Сибири Воеводы и Дьяки худую мягкую рухлядь; и для того на Москве в Сибирском приказе в казне Великих Государей доброй мягкой рухляди соболей и лисиц и бобров и шуб собольих и лисьих из Сибирских городов вь присылке не обявляется; а на Москве и по иным городом на гостинных дворех и в рядех обявляется у торговых и у промышленных людей многая добрая мягкая рухлядь, соболи и лисицы дорогие; а знатно, что та добрая мягкая рухлядь Сибирских Воевод и Дьяков и письменных Голов; а Сибирским Воеводам и Дьяком и письменным Головам вина и меда и иных всяких запасов, сверх указа Великих Государей, и товаров никаких в Сибирь возить с собою и в Сибирских городех у торговых и у промышленных людей никаких товаров имать невелено; а по скольку кому Сибирским Воеводам и Дьяком и письменным Головам с Москвы и из иных городов в Сибирь вина и меду и иных запасов для Сибирския службы вести велено, и тому учнут тем Воеводам и Дьяком и письменным Головам давать Государевы проезжия, и к нему памяти с росписьми присланы будут из Сибирскаго приказа. А к вере по святей Евангельской непорочной заповеди приведен он Григорий на Москве на том, как ему в Сибири на Верхотурье у таможеннаго и у кабацкаго сбора и на заставе быть. И Григорью, приехав на Верхотурье, взять у Ближняго Стольника и Воеводы у Михаила Григорьевича Нарышкина да у подячаго Луки Волкова к тому таможенному и кабацкому сбору на заставу целовальников Верхотурских торговых и посадских самых лучших добрых людей, скольких человек пригоже, и против сего Великих Государей наказу привесть тех целовальников к вере, по святей Евангельской непорочной заповеди, на том, как в Таможне и на кабаке и на заставе быть при себе; а у прежняго таможенная и у кабацкаго Головы и у целовальников взять ему в казне Великих Государей таможенная печать и таможенныя и кабацкия сборныя деньги, да кабацкие ж всякие запасы, что заедет на лицо, и приходныя и расходныя книги; а взяв у Ближняго Стольника и Воеводы и у подячаго таможенные и кабацкие наказы и целовальников, а у прежняго Головы и у целовальников таможенныя и кабацкия деньги и запасы всякие и приходныя и расходныя книги, и приведчи новых целовальников к вере, сбирати ему Великих Государей таможенныя и всякия пошлины и на кабаке всякое питье велеть продавать, и деньги за то питье сбирать, и всяким таможенным и кабацким делом промышлять с великим радением, по святей Евангельской непорочной заповеди вправду, и по сему Великих Государей наказу и по прежним наказом, каковы возьмет на Верхотурье прежних Голов; а сколько в Таможне каких дел у прежняго Головы возьмет, о том к Великим Государем писать и роспись прислать, и учинить ему в Верхотурском в таможенном и кабацком сборе Великим Государем перед прежним прибыль, которая б была прочна и стоятельна, а торговым бы и всяким людем не в тятость, и заставы ему для проезда Сибирских Воевод и Дьяков и письменных Голов и всяких [132] людей учинить на Верхотурье на тех же местех, где у прежняго Головы были, или где пригоже, не доезжая города с обе стороны с Руси и из Сибири по своему высмотру, где пристойно, чтоб тех застав Воеводам и Дьяком и письменным Головам и их детем и племянником и людем и торговым и промышленным и всяким людем, которые поедут из Сибирских городов в Русские городы и из Русских городов в Сибирь, миновать и объехать ни куда ни коими обычаи нельзя; а на заставу взять на Верхотурье у Ближняго Стольника и Воеводы и у подъячаго для сторожи и для розсылки и для обереганья и для ослушников, к целовальником в прибавку, Верхотурских служилых людей стрельцов, скольких человеки пригоже; а Ближнему Стольнику и Воеводе и подъячему и их детем и племянником и людем на те заставы ездить невелено. А как впредь с Москвы в Сибирские городы Воеводы и Дьяки и письменные Головы, или люди их с запасы поедут: и у тех у всех Сибирских Воевод и Дьяков и письменных Голов и у людей их вина и меду и Русских всяких заповедных товаров осматривать накрепко, и что у кого сверх приезжих грамоть объявится, или что у них же товаров каких, и ему те лишние запасы, вино и мед и табак и товары, опричь хлебных и мясных запасов, имать на Великих Государей, да те лишние запасы, вино и мед и заповедные товары, сколько у кого взято будет, велеть писать в книги порознь, по статьям, и отдать те запасы и товары и табак на Верхотурье в казну Великих Государей Воеводе и Дьяку или подъячему, которые в ту пору будут на Верхотурье именно, и в том с ними росписаться; а как на весне те ж Воеводы и Дьяки и Головы учнуть в суды класться, и ему потому ж у них лишних запасов, вина и меду и табаку и товаров осматривать; и что у них у кого лишних запасов и вина и меду и табаку и товаров объявится, и то по тому ж имать на Великих Государей и отдавать Воеводе и Дьяку или подъячему. А которые торговые и промышленые и всякие люди поедут в Сибирь, а повезут с собою вино и мед и табак и иные всякие заповедные товары, и у них по тому ж осматривать накрепко, и то вино и мед и табак имать на Великих Государей и записывать в книги именно, а иным чинить наказанье сажать в тюрьму, а иных бить батоги, смотря по винам, и заповедь на них, с товаров их с Русских пошлина и всякие сборы сбирать против прежняго; а каковы наперед сего на Верхотурье даваны наказы Головам из приказа, и буде в тех наказех есть прибавочныя статьи для пошлиннаго сбора, а против указа Великих Государей и наказа сходны, и те пошлины до указу Великих Государей сбирать, а о том писать тотчас в Сибирской приказ, для того что о том по се время в Сибирском приказе было неведомо; а буде что в Верхотурских наказех указу Великих Государей и наказу, каков дан из Сибирскаго приказа противно, и о том потому ж писать тотчась и статьи, сходныя и несходныя, прислать в Сибирской приказ. А ценити у приезжих торговых людей Русские их всякие привозные товары тамошнею Верхотурскою настоящею прямою ценою, как те их товары на Верхотурье купят и продают на деньги, а не по примерным ценам, и поноровки о том не чинити и пошлин никому даром не отдавати, и оброк с них торговых и с промышленных илюдей их имати по указу на год один на Верхотурье; а буде которые торговые и промышленные люди [133] приедут на Верхотурье из которых из Сибирских городов, а оброки с себя годовые они платили, и в том положат отписи, и в том году с тех людей на Верхотурье оброков других не имати, а мелкие сборы с торговых людей, явчее поголовчину, поанбарщину, тепловое, приворотное, полозовое и с судов посаженное и отъезжее и печатное и венечное и дровяное отставить, а сбирать великия Государевы пошлины рублевыя, по чему имано наперед сего по уставной грамоте; да им же велеть на Верхотурье в городе и на посаде по селам и по деревням кликать бирючем по многие дни и заказ учинити крепкой, чтоб тутошние Верхотурские всякие люди Сибирских Воевод и Дьяков и письменных Голов и их детей и племянников и людей и торговых людей, которые поедут из Сибирских городов к Руси, и учнут у них у кого оставливать свою мягкую рухлядь, и они б тое мягкую рухлядь не имали, и не таили, и своего рухлядью не называли, и проезжих грамот по дружбе однолично не писали, и никому хитростьми и вымыслы к Руси с собою не вывозили, и не покупали, а объявляли и привозили тое мягкую рухлядь к ним в Таможню, или на заставу, а кто такую мягкую рухлядь объявит и на заставу к ним привезут, и тем людем будет за то Великих Государей жалованье. А будет с кем и с приезжими людьми с торговыми и промышленными людьми учнут из Сибирских городов или с Верхотурья Воеводы и Дьяки и письменные Головы и их братья и дети и племянники и люди посылать к Москве, или в иные в Русские городы, к племени своему, или для торговли мягкую свою рухлядь, и деньги для вывоза или для ухоронки кому отдавать, и в той рухляди учнут на них имать заемныя кабалы, или иныя какия крепости: и те торговые и промышленные люди по тому ж про то объявляли, и тое рухлядь на заставу к нему привозили. Л будет кто у Сибирских Воевод и у Дьяков и у письменных Голов, или у их детей и племянников и людей, или у торговых и промышленных людей, Воеводскую и Дьячью и письменных Голов, или самих торговых и промышленных людей какую заповедную мягкую рухлядь имали, или возьмут для ухоронки и для провозу по дружбе, а слыша такую Великих Государей заповедь, кто тое рухлядь утаит, и ему Таможенному Голове и па заставе и в Таможне не скажет, а после про то сыщется: и у тех людей учнут имати на Великих Государей товары и их все животы, да их же сверх того за то воровство велено бить кнутом, водя по торгам, нещадно, и сажать в тюрьму до указу Великих Государей, чтоб однолично торговые и промышленные люди Воеводских и Дьячьих и письменных Голов и их братьи и детей и племянников и людей мягкия рухляди и денег не имали и по дружбе никто ничего не провозили; а кто такую мягкую рухлядь и деньги Воеводския посыльныя объявит, и с того за правой извет дано будет четвертая доля; а буде на них Воеводы или приказные люди в том взяли кабалы, или какия крепости, и те крепости не в крепости, и суда на них по тем кабалам и крепостям не дадут; да как из Тобольска, из Томскаго, из Енисейскаго и с великия реки Лены и из иных Сибирских городов Бояре и Воеводы и Дьяки и письменные Головы поедут к Москве или наперед себя отпустят жен и детей своих и племянников и людей, или те их дети и племянники и люди от них поедут, и торговые и промышленые люди и служилые и всякие люди, и ему Григорью для проезда тех Сибирских Воевод и Дьяков и письменных Голов и [134] их жен и детей и племянников и людей и торговых и промышленых и служилых и всяких людей быти на заставь с Верхотурскими целовальинками и служилыми людьми день и ночь безпрестанно с крепкими сторожами, пониже Верхотурья на Сибирской дороге верстах в пяти или во шти, смотря по таможенному делу и учинити караул, поставити служилых людей добрых двух или трех целовальников, для того, как поедут из Сибирских городов Воеводы и их дети и племянники и люди, или Воеводские и Дьячьи и письменных Голов жены и торговые и промышленные и служилые всякие люди учнут на те караулы приезжати, и с того б караула служилые люди Сибирских Воевод и Дьяков и письменных Голов и их детей и племянников и людей и промышленных служилых людей провожали до Верхотурья, до тех мест, где он таможенной Голова сам на заставе будет, для того, чтоб те Воеводы и Дьяки и письменные Головы и их дети и племянники и люди и жены и торговые и промышленые и служилые всякие люди, едучи к заставе, дорогою в селех и в деревнях не приставали и мягкия рухляди ни у кого не оставливали и не продавали и неухоранивали. А торговые люди безпошлинно ничего никому не продавали ж и без печати б лишних никаких товаров не провозили и ехали к нему на большую заставу, где он таможенной Голова будет, совсем в целости, а иными б ни которыми дорогами не объезжали; да как кто Сибирских Воевод и Дьяков и промышленных и служилых всяких людей на заставу приедут, и ему у тех Воевод и у Дьяков и у письменных Голов и у их жен и детей и у племянников и у людей и у торговых и у промышленых и у служилых у всяких людей, соболей и лисиц и шуб собольих и лисьих и куньих и куниц и бобров и всякой мягкой рухляди и Китайских и всяких заповедных товаров в санех и в каптанах и в сундуках и в сумах и в чемоданах и по коробьям и в платье и в подушках и в постелях и в бочках и в печеных хлебах и в санных постельниках и в полозах и у хомутов в хомутниках и у служилых жен по тому ж обыскивать накрепко; а как учнут обыскивать, и в те поры самим Воеводским и Дьячьим и письменных Голов женам из саней и из каптан и из болчков велеть выходити вон, и в тех каптанах и в санях и в винных бочках мягкия рухляди Голове осматривати самому с целовальники, а Воеводу и Дьяков и Голов и их детей и племянников и людей мужеской и женской пол и торговых и промышленных и служилых всяких людей по тому ж обыскивать накрепко, что б в пазухах и в штанах и в зашитом платье отнюдь никакия мягкия рухляди не провозили, да что у Воевод и у Дьяков и у письменных Голов и у людей и у торговых и у промышленных и у служилых всяких людей мягкия рухляди соболей и шуб собольих и лисьих и горлотных и чернобурых и бурых и шапок лисьих и куниц черных и чернобурых и бурых и бобров, и всякой Сибирской мягкой рухляди, и Китайских и заповедных товаров найдут, и ту всякую мягкую рухлядь, соболи и лисицы и шубы горлотные и чернобурые и бурые и шапки лисьи и черныя и всякую мягкую рухлядь и Китайские и заповедные товары, опричь того, котораго будет Воеводы купленнаго новаго для проезда шубы две или три лисьих, красных, или куньих, или бельих, имать у них на Великих Государей и писати у себя в Таможенной Избе в особыя книги именно; а у торговых и у промышленных людей, которые поедут из Си-[135]бири ж, и приедут на заставу, и у них взяти проезжия грамоты, по которым они из Сибирских городов где кто торговал отпущены будут, да по тем грамотам мягкия их рухляди пересматривати на лицо и Государевых Сибирских печатей у той мягкой рухляди досматривати накрепко; да по тем проезжим грамотам у торговых и промышленных людей и Сибирских служилых у всяких людей мягкая их рухлядь вписывати в книги, да с тех книг списывая роспись слово в слово и за своею рукою присылати к Великим Государем к Москве в Сибирской приказ, преж их торговых и промышленных и служилых людей, для того что у торговых и промышленных людей объявляется многая мягкая рухлядь не против торговых промыслов, а у Сибирских служилых людей, которых Сибирских городов Воеводы и Дьяки посылают к Великим Государем с ясачною соболиною и с иною со всякою мягкою рухлядью и с делы, и у них по тому ж объявляется многая мягкая рухлядь; а какая мягкая рухлядь, и того именно в тех проезжих грамотах Сибирских городов Воеводы не пишут, знатно что высылают с ними своих животов мягкую рухлядь. А которые торговые и промышленные люди из Русских городов для торга и промысла с Русскими своими товары приедут на Верхотурье, и что у них на Верхотурье в Таможне на явке будет по Верхотурской оценке всяких товаров: и те их товары записывать в таможенныя книги, да с тех книг списывать перечневыя росписи, на сколько тысячь рублев, и с кем именем тех товаров с ними в Сибирь пойдет, да те росписи за своею рукою для ведома по тому ж присылать к Великим Государем в Сибирской приказ, после отпуска торговых людей вскоре по вся годы безпеременно. А которые торговые люди приедут из Сибирских городов на Верхотурье с собольми и со всякою мягкою рухлядью и со всякими товары, ему Голове справиться с их отпуском, как они ехали мимо Верхотурья с Руси в Сибирь, на сколько ценою было у них Русских товаров; и буде объявится из Сибирских городов соболей и товаров и то знатно, что они возят Воеводские соболи и мягкую рухлядь многое число, и ему их допрашивать, где они такие многие товары взяли и чтоб сказали правду, а что скажут, то велеть записывать; и буде по распросу при чинится к какой высыльной рухляди, и о том писать к Москве, а его держать на поруках. А каковы Государевы печати в Сибирских городех, которыми печатьми у торговых людей велено товары печатать, и тому даны ему Григорью под сим наказом роспись же за Дьячьею приписью. А по указу Великих Государей велено в Сибирских городех торговым людем, как поедут из Сибирских городов на Русь изо всякаго города давати таможенным Головам, опричь Тобольска, всякому торговому человеку по одной проезжей грамоть на лицо, а по две и по три грамоты одному человеку и за очи и засылкою ни кому давать не велено, и печатать те всякие товары и мягкую рухлядь у торговых и у промышленных людей велено Великих Государей таможенными печатьми, чтоб однолично никто не своровал промыслом и по дружбе Воеводския и Дьячьи и письменных Голов и людей ни какия мягкия рухляди и денег ни какими мерами не провозили; и Григорью однолично того беречи накрепко всякими мерами, не страшась никого и не дружа никому; а пересмотря, роспрашивать их накрепко, нет ли у них чьей Воеводской или Дьячей [136] или письменных Голов и их детей и племянником и людей какия рухляди; да будет есть, и они б тое рухлядь не таили, объявляли и отдавали ему таможенному Голове и целовальникам безпенно; а кто именем торговой или промышленной или служилой человек, которые ездят с Государевыми казнами Воеводской и Дьячей или письменных Голов или братьи их детей и племянников и людей мягкия рухляди и денег что обявится, и ему у них тое рухлядь и деньги имать на Великих Государей и писати в книги ж именно, и сверх того у тех торговых и у промышленных и у служилых у всяких людей Воеводской и самих торговых и промышленых людей собинныя мягкия рухляди и денег, сверх проезжих грамот, обыскивати накрепко по тому ж всякими мерами; да что у торговых и у промышленных и у служилых у всяких людей Воеводския или самих торговых и промышленых людей заповедныя всякия мягкия рухляди и Китайских товаров и денег, сверх проезжих грамот, найдут, и те по тому ж имати на Великих Государей, а тех торговых и промышленных и служилых людей отсылать к Воеводе; а Воеводе указ послан, велено таким людям учинить наказанье и сажати в тюрьму до указу Великих Государей; а что возмут у Воевод и у письменных Голов и у их жен и у детей и у племянников и у людей, или что возмут их же Воеводской и Дьячьей и письменных Голов и детей и братьи и племянников и людей их мягкия рухляди у торговых и у промышленных у служилых и у всяких людей, или что мягкия ж рухляди и Китайских товаров объявится и на Великих Государей взято будет у самих торговых и у промышленных и у служилых у всяких людей, которою они повезут из Сибири в Русские городы, сверх проезжих грамот, и что у него в сборе будет денег в Таможне и на кабаке, и то записывать в книги, и те деньги и всякую мягкую рухлядь держати ему у себя в крепких местех; а Воеводе и Дьяку и никому без Государевых грамот отнюдь не давать; а что чего будет у него в сборе денег и рухляди, и о том писать и росписи присылать к Москве. А по указу Великих Государей всем Сибирским Воеводам из Сибирских городов велено везть для своих проездов из Сибири к Руси денег Тобольским и Томским большим Воеводам по 500 рублев, да товарищам их и Дьякам и иных городов Воеводам и письменным головам с братьею и с детьми и с племянники по 300 рублев Воеводе и Дьяку и Головам; а сколько за тем числом у которых Воевод и у Дьяков и у письменных Голов и у их братьи и у детей и у племянников и у людей в обыску денег обявится, и те лишния деньги имати на Великих Государей; а будет у торговых и у промышленных и у служилых у всяких людей, сверх проезжих грамот, денег что найдут, и те деньги по тому ж имати на Великих Государей, и про те деньги торговых и промышленных и служилых всяких людей роспрашивати накрепко, их ли торговых людей и промышленных и служилых те деньги, или с ними те деньги посланы и кто сколько их кому послал, а распрося, речи их записывать, и взяв те деньги держати у себя. А будет поедут из Сибирских городов мимо Верхотурскую заставу к Руси Митропольи дети Боярские и дворовые люди и Соборных и мирских церквей попы и дьяконы и чернцы и всяких чинов люди поедут: и у них по томуж обыскивати Воеводских и Дьячьих и письменных Голов мягкия рухляди и денег и их собо-[137]линой мягкия рухляди, да что найдут Воеводской рухляди и денег что обявится их соболиной рухляди сверх проезжих, и то имать в Государеву казну. А как он Таможенной Голова Григорей Скорняков учнет на Верхотурье торговых и промышленых людей с Русскими товары и с мягкою рухлядью и с деньгами отпускати в Сибирские городы, и ему о том сколько с кем с торговыми и с промышлеными людьми отпущено будет каких Русских товаров или денег и мягкия рухляди Сибирских городов, в которые городы торговых и промышленых людей отпустить, с Таможенными и заставными Головами о том, сколько с кем с торговыми и промышлеными людьми каких товаров и денег отпущено будет, меж себя ссылатись грамотами и присылати друг к другу из Таможенных и явочных и отпускных книг выписки в Сибирь, преж их караваннаго отпуску, и сколько у кого товаров с Верхотурья в Сибирь отпущено будет, посылати росписи в Тобольск; а писати в них, что у кого было имянно, для того, чтоб после явки и отпуску торговые и промышленые люди ни у кого ничего не имали и не провозили Воеводских и Дьячьих и их братьи и детей и племянников и людей и иных всяких приказных людей мягкия рухляди и денег, и в проезжия б грамоты не приписывали, и из Сибирских городов никакими мерами не вывозили. А будет Воеводы и Дьяки и писменные Головы, которые поедут в Сибирские городы и которые Воеводы поедут из Тобольска и из Томска и из Енисейска и из иных Сибирских городов Бояре и Воеводы и Дьяки и письменные Головы и дети их и племянники и люди, или торговые и промышленые, и служилые всякие люди, сего Великих Государей указу в чем не послушают и учинятся сильны, запасов и товаров обыскивати у себя не дадут, или которые торговые и промышленые люди учнут называться чьими закладчики и учнут тем ему грозить поклепы и приставы: и ему Григорью против тех сильных людей стояти крепко и безстрашно, не боясь никаких их угроз и продаж и приставов, и на тех сильных людей имати ему Таможенному Голове Григорыо на Верхотурье у Ближняго Стольника и Воеводы и у подячаго, Верхотурских служилых многих людей, детей Боярских и стрельцов, сколько будет надобно, да у тех сильных людей и у непослушников потому ж запасов и вина и меду и табаку и мягкия рухляди обыскивати накрепко; а что будет вина и меду и табаку и мягкия рухляди найдут, и ему по тому ж то все имати в Государеву казну и присылати к Великим Государем, а тех сильных людей; которые у себя обыскивать давать не учнут, отсылать на Верхотурье к Ближнему Стольнику и Воеводе и к подьячему. А Ближнему Стольнику и Воеводе и подьячему ослушников сильных людей Воеводских и Дьячьих и писменных Голов, братью и детей и племянников и людей и закладчиков и торговых и промышленых и служилых людей, до указу Великих Государей, смотря по людем, в Государеве пене велено давать на поруки с записьми, а иных сажати в тюрьму на неделю; а иных за малыя вины бити батоги, а за большия вины бити кнутом, чтоб впредь ни какие люди ослушниками не были и закладчиками ни чьими не назывались; а на самих Воевод и на Дьяков и на писменных Голов велено им писати к Великим Государем; да и ему Григорью о том на Воевод и на Дьяков и на письменных Голов, которые учинятся непослушны, или что занепослушание [138] же детям их и братье и племянником и людем и торговым и промышленным людем учинять что наказанье, по томуж писати к Великим Государем к Москве именно. А буде па Верхотурье Ближней Стольник и Воевода и подьячий учнут у него в кабацкое и в Таможенное дело вступаться и в обыскиванье мягкия рухляди кому Воеводам и Дьяком и писменным Головам и братье их и детем и племянником и людем или чьим закладчиком наровити, или у самих у торговых и у промышленых людей собинныя мягкия рухляди и денег и вина и табаку обыскивати не дадут, и от ослушенников его оберегать не учнут, и ему Ближнему Стольнику и Воеводе и подьячему о том говорити, что они то делають не дело, мимо указу Великих Государей, и Государевым делам нерадея в Таможенное дело вступаются, и в обыскиванье мягкия рухляди своей братье, Воеводам и письменным Головам и их детем и братье и племянником и людем и торговым и промышленным людем наровят, и тем чинят Великих Государей делу поруху; а по указу Великих Государей им в таможенное и кабацкое дело вступаться и никаким людем наровити и никого ни в чем укрывати не велено, а велено им которые будут непослушники, чинить наказание, чтоб в том Великих Государей делу порухн не было; а ослушниками бы никто не был и на ослушников давать служилых людей, сколько будет надобе им, безо всякия мешкоты, и Великих Государей указ у них о том есть же, да о том их нераденье и о понаровке писати на них Ближняго Стольника и Воеводу и на подячаго к Великим Государем к Москве подлинно. А буде на Верхотурской заставе Ближней Стольник и Воевода и подьячей учнут которым торговым и промышленным людем обиды и насильства и продажи, для своих корыстей задержанья чинити, и ему у тех торговых людей имати челобнтныя за их руками и Ближнему Стольнику и Воеводе и подьячему о том говорити, чтоб они тех торговых и промышленных людей отпущали без задержапия, да о том писати и тех торговых людей челобнтныя присылати к Великим Государем к Москве. А из которых Сибирских городов Воеводы и Дьяки учнут посылати Великих Государей соболиную казну и всякую мягкую рухлядь к Великим Государем к Москве, с служилыми людьми в сумах и в мехах запечатав Великих Государей печатьми: и ему Таможенному Голове те мехи и сумы и у тех сум и у мехов Государевы печати осматривати, и у которых сум и у мехов Государевы печати есть, и тех сум и мехов не роспечатывати, да сколько из котораго города послано будет сум и мехов за печатью Великих Государей, и ему те сумы и мехи перечетши, писати на роспись, и о том писати и те росписи под отпискою своею, за своею рукою, с теми ж служилыми людьми присылати к Великим Государем к Москве для того, чтоб Воеводы и Дьяки и письменные Головы, Великих Государей с мягкою рухлядью, своей мягкия рухляди также в мехах и в сумах, запечатав Великих Государей печатью, не высылали; а служилые б люди у них не принимали и не вывозили. А Сибирским всяких чинов людем товаров и рухляди пропускал безпошлинно ценою на 50 рублев; а что сверх того объявится, и с того имати пошлина по указу, с рубля по гривне, и давать на те товары и на рухлядь проезжия, и того смотреть, чтоб Сибирские служилые люди, у кого будет их влишке для платежу пошлин, на иных служилых людей, у кого таких [139] товаров нет, не писали, да и самому ему Григорью с Руси в Сибирь на Верхотурье, опричь указнаго вина и меду, что ему указано для Сибирския службы, 15 ведр вина, 10 пуд меду, и табаку и товаров никаких с собою не возить и ни чем самому не торговати и дети б его и братья и племянники и люди своими товары безпошлинно в Сибирских городех не торговали ж, отнюдь никакими меры, и друзьям своим и никому в Таможенных пошлинахь не наровити и пошлин ни кому ни чего не отдавати и посулов и поминков от того ни у кого ничего не имати ни которыми делы и на кабаке питья своего не держати и не продавати. А однолично ему Григорью, будучи на Верхотурье, Великих Государей Таможенныя всякия пошлины и за кабацкое питье деньги сбирати и всякими кабацкими запасы и Таможенными делами промышлять с Великим раденьем неоплош но, по сему Великих Государей указу вправду и по святей Евангельской непорочной заповеди Господни вправду, и искати вовсем Великим Государей казне прибыль, которая б прибыль впредь Великим Государем была прочна и стоятельна, и людем не в тягость и не в налог, и у Сибирских Воевод, и у Дьяков и у писменных Голов и у их жен и у детей и у торговых и у промышленных и у служилых и у всяких людей Воеводской и Дьячьей и писменых Голов и у самих у торговых и у промышленых людей их собинныя мягкия рухляди, которую они повезут из Сибири с собою, сверх проезжих грамот, обыскивати на крепко с Великим раденьем, безо всякия понаровки и неукрываючи ни кого, чтоб Сибирские Воеводы и Дьяки и писменные Головы и их жены и дети, и племянники и люди, мягкие своей рухляди из Сибирских городов не вывозили, и с торговыми и с промышленными людьми не высылали, и торговые и промышленые люди собиные мягкия рухляди, сверх проезжих грамот, из Сибирских городов в Русские городы и в уезды, мимо Верхотурской заставы, не провозили ж; а у кого что будет у Сибирских Воевод и у Дьяков и у писменных Голов, и у их жен и у детей и у племянников и у людей, и у торговых, и у промышленых, и у служилых у всяких людей Воеводския и Дьячьи и писменных Голов, и торговых и промышленых людей собинныя мягкия рухляди, сверх проезжих грамот, и ему та мягкая рухлядь имати в казну Великих Государей, все без остатку, чтоб однолично то вывесть, чтоб Сибирские Воеводы и Дьяки и писменные Головы и их дети и племянники и люди из Сибирских городов к Москве, и в иные Русские городы, мягкия рухляди мимо Верхотурья не провозили, и ни с кем не высылали, и торговые, и промышленные, и служилые люди, сверх своих проезжих грамот, потому ж мимо тое Верхотурскую заставу, мягкие своей рухляди тайным обычаем не провозили ж, чтоб ему тою своею службою и раденьем учинити в казне Великих Государей прибыль, а себя за то видети в Государеве милости и в жалованье. А буде он Григорей, будучи на Верхотурье, Таможенныя всякия пошлины сбирати и всякими кабацкими запасы и Таможенным делом учнет промышлять не по сему Великих Государей наказу и не против прежних Сибирских наказов, каковы на Верхотурье у Ближняго Стольника и Воеводы и у подячаго возмет, или Таможенными и кабацкими сборными деньгами учнет корыстоваться и на кабаке питье свое продавати, или кому друзьям своим и торговым и промышленным людям учнет в Таможенных пошлинах наровити и пошлины [140] отдавать: а от того учнет имати посулы и поминки, или сам повезет с Руси в Сибирь на Верхотурье какие товары, вино и мед и табак, и теми своими товары торговать учнет, или детям своим и племянникам и людем велит торговати безпошлинно, и во всем в казне Великих Государей в Таможенных и в кабацких сборех, перед прежними годами, прибыли не учинит, или в чем Сибирских Воевод и Дьяков и писменных Голов медов и вин, сверх проезжих грамот, или с кем табак в Сибирь пропустит, или у тех Воевод и у Дьяков и у Голов, или у их детей и у братей и у племянников и у людей и у торговых и у промышленных и у всяких людей, которые из Сибири поедут обыскивати мягкия рухляди не учнет, и понаровку учинит, и самих торговых и промышленных людей собинныя мягкия рухляди, которыя они повезут из Сибирских городов, сверх проезжих грамот, также обыскивати не учнет, а учнет он в том для своей бездельной корысти наровить, и от того учнет у них посулы и поминки имати, а тою его оплошкою и понаровкою Сибирские Воеводы и Дьяки и писменные Головы и их жены и дети и племянники и люди мягкую свою рухлядь из Сибирских городов вывозить и с торговыми и промышленными людьми высылать учнут, или торговые и промышленные люди, сверх своих проезжих грамот, собинную свою какую мягкую рухлядь из Сибири, мимо Верхотурскую заставу, или Воеводскую и Дьячью и писменных Голов провозить, называючи торговые люди своею рухлядью, или что учнет делать не по сему Великих Государей наказу; а после про то сыщется: и ему Григорью за то от Великих Государей Царей и Великих Князей Иоанна Алексеевича, Петра Алексеевича, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержцев, быть в великой опале и в казни. Да емуж Таможенному и Заставному Голове, будучи на Верхотурской заставе, смотрети и беречи накрепко, чтоб Сибирские Воеводы и Дьяки и писменные Головы и торговые и промышленные и всякие люди из Сибирских городов Татар Сибирских и Остяков и Самоед и Сибирских Русских служилых и опальных и всяких людей с собою в Русские городы не вывозили; а буде у кого Сибирской ясырь объявится, и ему Григорью тот ясырь имати, и отсылати с Верьхотурья с Верьхотурскими служилыми людьми в Тобольск к Боярину и Воеводам, к Степану Ивановичу Салтыкову с товарищи; а у кого именем сколько ясырю возмет и в Тобольск отошлет, и о том для ведома писати, и тому ясырю и тем людем, у кого тот ясырь взят будет, присылати к Великим Государям к Москве росписи, а Русских людей Сибирских жильцов и всяких людей ему Голове отсылати к ближнему Стольнику и Воеводе и к подьячему; да ему ж Григорью у торговых и у промышленных людей, как они поедут из Сибирских городов и острогов в Русские городы, осматривати лисиц черных и чернобурых и бобров черных и карих добрых и песцов черных и голубых и шуб и кафтанов песцовых черных и голубых же новых; да у кого будет объявятся лисицы черныя и чернобурыя и бобры черные и карие и песцы черные и голубые и шубы и кафтаны песцовые черные и голубые ж новые добрые, хотя которые и в проезжих грамотах написаны, и те лисицы и бобры и песцы черные и голубые и кафтаны новые имати па Великих Государей; а тем людем, у кого лисицы и бобры и песцы и шубы и кафтаны взяты будут, давати деньги из Таможенных доходов, по Сибирской пря-[141]мой цене безо всякаго мотчанья, да те лисицы и бобры и песцы черные и голубые и шубы и кафтаны песцовые черные ж и голубые и ценовные росписи присылать к Великим Государем к Москве, с иною мягкою рухлядью вместе. Да ведомо Великим Государем учинилось, что с посылки в Тобольск Стольника и Воеводы Петра Годунова Сибирские Воеводы едучи в Сибирь, приехав на Верхотурье записывают пожитков своих и платья и денег и жемчугу и судов серебряных многое число, сбирая друг у друга объявляют, а в привозе у них того не бывает, а прежние Головы того не смотрели, писали то все в их пожитки; а как те Воеводы едут из Сибири, и они вывозят многия деньги и платья и жемчуг и суды серебряные, а сказывают будто то они с Москвы с собою везли, а не Сибирские пожитки; и Григорыо того смотреть и беречь накрепко: как Воеводы и Дьяки в Сибирь поедут, и у них записывати то, что у кого есть, а лишняго бы не писать и друг с другом бы деньгами и платьем и жемчугом и посудою серебренною и ни чем не подменялись.

Роспись Сибирским печатем, какова в котором городе и в остроге и что на которой печати вырезано.

На Тобольской: два соболя, меж ими стрела, а около той печати вырезана печать Государева Царства Сибирскаго города Тобольска. На Верхотурской: соболь под деревом, а около вырезано: печать земли Сибирския города Верхотурья. На Березовской: соболь же, да стрела; а около вырезано: печать земли Сибирския Березова города. На Обдорской, что на Обском устье: лисица держит стрелу, а около вырезано: печать Государева Снбирския земли Обскаго устья. На Мангазейской олень; около вырезано: печать Государева земли Сибирския Мангазейскаго города. На Тарской лисица, а около вырезано: печать Государева земли Сибирския Тарскаго города. На Тюменской лисица, да бобр; а около вырезано: печать Государева земли Сибирския Тюменскаго города. На Туринской розсомаха, а около вырезано: печать Государева земли Сибирския Туринскаго города. На Пелымской лось; а около вырезано: печать Государева земли Сибирския Пелымского города. На Сургутской две лисицы, а меж ими соболь; а около вырезано: печать Государева земли Сибирския Сургуцкаго города. На Томской корона, а около вырезано: печать Государева Томскаго города. На Енисейской два соболя, меж ими стрела, а под ними лук вниз тетивою; а около вырезано: печать Государева земли Сибирския Енисейскаго города. На Исетской рысь; а около вырезано: печать Государева земли Сибирския Исецкаго острога. На Нарымской белка, да горностай, меж ими стрела; а около вырезано: печать Государева земли Сибирския Нарымскаго острога. На Красноярской инорог, а около вырезано: печать Государева земли Сибирския Красноярскаго острога. На Кузнецкой волк, а около вырезано: печать Государева земли Сибирския Кузнецкаго острога. На Великой реке Лене в Якутском остроге печать Государева: орел поймал соболя, а около вырезано: печать Государева новыя Сибирския земли, что на великой реке Лене. На Ленской же таможенной барс поймал соболя; а около вырезано: печать Сибирскаго Государства великия реки Лены таможенная. На Илимской: под соболем стрела, а над соболем репей, а около вырезано: печать Государева Ленского волоку Илимскаго острога. На Даурской Нерчинской: орел одноглавой держит лук вниз тетивою, кругом написано: печать Государева Сибирския земли Даурских острогов.

Воспроизводится по:

Полное собрание законов Российской Империи. Собрание Первое. Том III. 1689 — 1699 гг. СПб. 1830, № 1443, С. 130 — 141.

Стиль, пунктуация и орфография сохранены, буквы старого русского алфавита заменены современными.

Сетевая версия – В. Трухин, 2012г.


Категория: Акты исторические 1692г. | Добавил: ostrog (23.03.2012)
Просмотров: 1461 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]