Главная » Документы » Акты исторические 1720 - 1729г. » Акты исторические 1727г.

1727.07.11

1727 г. июля 11. — Сказка бывшего албазинского казака А. Власьевского в Походной посольской канцелярии о пограничных местах

/л. 22/ 1727 году, июля 11 дня в Походной посольской канцелярии китайской експедиции присланной из Якуцка албазинской житель, бывшей казак Андрей Власьевской сказал:

Жил он в остроге Албазинском, которой построен был прежде ево прибытия лет за 15 от руских казаков по течению Амура вниз на левой стороне, немного пониже устья речки Албазихи, которая з другой стороны впадает в Амур.
Река Амур шириною против Албазина, как Ангара против Иркуцка, течением не очень быстра, берега песшаные, утесов каменных нет, по обоим сторонам луга. Глубины подлинной не знает, токмо дощаниками ходить можно без нужды.
И когда богдойцы приходили к Албазину1, шли бусами, которые подобны дощаникам. А те бусы строены в Науне, а из Науна Науном-рекою шли в Шингал, а из Шингалу Амуром вверх к Албазину. Перед приходом богдойцов послано было их из Албазина вниз по Амуру, ниже Зеи-реки, до реки Амгуна для собрания ясаку. И близ Зейского устья встретилися з богдойскими судами и тут от богдойцов ис тех казаков призваны обманом на обед и задержаны, в том числе старик Дмитрей Нестеров, которой ныне в Пекине. А достальные казаки, в том числе и он, Андрей, оставя дощаник, ушли чрез хребет, которой между Амуром и Удью, и вышли на реку Шавлей, а на Шавлее зделав плот, выплыли в двои судки на Удь-реку, а Удью приплыли в Уцкой острог2 от которого до моря три дни езду на плоту ж. По хрепту места каменистые и лесные, лес небольшой, сосняг и лисвяг. От Амура шли подле реки Зеи до хрепта недели с четыре, а чрез хребет, с которого покати в Амур, и на другую сторону перешли они до Шавлии в сутки. А сколь далеко тот хребет протягаетца, не знает.
От Албазина по Амуру до Аргунского устья вверх ходу дней десять, а вниз от Аргунского устья шесть дней, а от Албазина вниз до Зейского устья ходу /л. 22об./ две недели. От Зейского устья вниз далее не бывал и не знает. От Нерчинска и до Зейского устья лесу по Амуру-реке довольно, великого соснового, лисвянишного. А на богдойской стороне и дубяк есть, только невеликой. Городов по Амуру при них не было, а слышал, что построен после их ниже устья Зейского, а в котором месте, не знает3.

АВПРИ. Ф. Сношения России с Китаем. 1727г. Д. 11. Л. 22 – 22 об. Запись в журнале.


Примечания:

1 Албазинский острог — русская крепость, основанная Е. П. Хабаровым в 1651 г. на левом берегу Амура. Вместе с тем, существует мнение и о том, что это был прежний городок даурского князя Албазы, захваченный и перестроенный казаками (Адоратский (Николай). История Пекинской духовной миссии. Т. 1. Казань, 1887. С. 22; Боднарский М. С. Очерки по истории русского землевладения. Ч. 1. М., 1947. С. 53). Население Албазина пополнялось главным образом за счет беглых крестьян. В середине 80-х годов их насчитывалось здесь более 300 человек. Богатый пушной промысел в этих местах привлекал торговцев и промышленников. Гарнизон Албазина увеличивался за счет русских «гулящих» людей и крещеных «инородцев». Из Албазина казаки продолжали объясачивать туземцев по среднему течению Амура и построили несколько новых острожков по реке Зее и ее притоке Селинбе.
Официально Албазин подчинялся Нерчинску, но отдаленность от него способствовала развитию казацкой вольницы. Во главе албазинских казаков находился Никифор Черниговский. Он появился в Албазине зимой 1665/1666 г., скрываясь от властей за убийство илимского воеводы Лаврентия Обухова. В 1670 г. Никифор Черниговский отправил царю ясак с подписанной 101 албазинцем повинной челобитной. Однако в ответ на это вышел царский указ, по которому Черниговский был приговорен к смертной казни, а остальные — к жестоким наказаниям. Через некоторое время этот приказ был заменен другим, в соответствии с которым Черниговский стал приказчиком Албазина, а его сподвижники — русским царским воинством, призванным охранять границы государства (Ермаков А. Албазин — первая столица Приамурья //Дальний Восток. 1969. № 5. С. 124). Одновременно с приказом албазинцам было послано из Москвы 2 тыс. руб. и печать города Албазина (Беспрозванных Е. Л. Приамурье в системе русско-китайских отношений. XVII — середина XIX в. М., 1983. С. 30 – 31). Описание печати гласит: «...печать серебреная, сделанная на подобие медальона с ушком. По раззорении китайцами Албазина, вывезена она была с прочими вещьми в город Нерчинск, где в бывшей канцелярии и хранилась до 1781 года, и в том году взята была в Иркутскую губернскую канцелярию; по открытии же Наместничества, хранится она, яко редкость в тамошнем губернском правлении. Вокруг одноглаваго орла, увенчаннаго короною и держащаго в одной лапе лук, а в другой стрелу, начертано: печать великих государей Сибирские земли Албазинского острогу» (Исторический, статистический и географический журнал, 1830. Ч. 1. Кн. 3. С. 229. Здесь же опубликована и сама печать). Увеличенный оттиск печати и матрица в натуральную величину напечатаны в 1969 г. (см.: РКО в XVII в. Т. 1. С. 331).
Албазинский острог отправлял в Москву ясак: «до приходу китайских людей по пятидесяти и по сороку сороков соболей, по московской цене по девяти, по осьми и по семи тысяч Рублев на год» (РГАДА. Ф. Сенат. On. 113. Док. № 485а. Л. 151).
В 1682 г. было учреждено Албазинское воеводство. Первым воеводой в Албазин был назначен А. Л. Толбузин.
Маньчжуры подходили к Албазину в 1671, 1684, 1685 и 1686 гг. В 1671 г. Албазинский острог был осажден «богдойскими людьми»: под острогом стояли «многие бусы с людьми», а после пришли «конные многие ж люди» (РКО в XVII в. Т. 1. Док. № 139. С. 281). Кроме того, разведывательная экспедиция цинских чиновников Лантаря и Пэнчуня, в декабре 1682 г. побывавшая у Албазина «под предлогом испросить о выдаче двух перебежчиков», подошла к крепости по суше вдоль берега Амура, а возвратилась обратно водным путем. Ее результатом явилось составление описания «местности от Албазина до устья Сунгари и расчет движения на судах и по суше» (Мясников B. C. Империя Цин и Русское государство в XVII в. М., 1980. С. 167 – 168; РКО в XVII в. Т. 2. С. 690).
В 1684 г. китайские войска отправились вверх по Амуру с приказом разорить все крепости, построенные русскими, и овладеть Албазином. 7 июля китайцы подошли к Албазину на бусах и увезли с собой 31 человека российских подданных в Пекин (Бантыш-Каменский H. H. Дипломатическое собрание дел. С. 38).
В июне 1685 г. Албазин вновь был осажден маньчжурами. В этот раз они приплыли на 100 бусах, на каждом из которых было, по словам захваченного в плен китайца, человек по 40 – 50, «с луками и с сулемами, в том числе работных без всякого ружья 1200 человек, а с пищалями де было... человек со 100», по берегу реки пришло 1000 кавалеристов; у противника было 30 пушек больших и 15 малых (Беспрозванных Е. Л. Приамурье в системе русско-китайских отношений. С. 40 – 41). После неудачной попытки взять город штурмом, он был подожжен. Защитники Албазина были отпущены в Нерчинск, небольшая их группа ушла в Якутск, 40 человек перешли на сторону Цинов. Однако вскоре на старом месте Албазинский острог был построен вновь. В июле 1686 г. «неприятельские китайские люди» пришли под Ново-Албазин «на бусах с огненным городовым приступным боем и горою коньми многими дорогами...» (РКО в XVII в. Т. 2. С. 83). С 7 июля 1686 г. по 6 мая 1687 г. Албазин находился в осаде маньчжурской армией в 5 тысяч человек при 40 пушках. В Албазине находилось около 800 защитников во главе с А.И. Бейтоном, из них 500 человек умерли от цинги. Войско же маньчжуров увеличилось вдвое. Однако им так и не удалось взять Албазин ни штурмом, ни измором. Понеся огромные потери, маньчжурское войско сняло осаду. Героическая оборона защитников Албазина сорвала захватнические замыслы маньчжуров и вынудила их вступить в переговоры с представителями Русского государства, закончившиеся заключением Нерчинского договора. Албазин был разрушен в 1689 г., согласно этому договору (Мясников B. C. Империя Цин и Русское государство. С. 184, 252; Беспрозванных Е. Л. Приамурье в системе русско-китайских отношений. С. 41 – 42, 55; Никитин Н. И. Освоение Сибири в XVII веке. М., 1990. С. 44 – 45).
С. В. Бахрушин, изучивший столбцы Сибирского приказа и дела Якутского правления бывшего Архива Министерства юстиции, обратил внимание на два похода албазинских казаков 1682 и 1683 гг. и дал краткое их описание. Маршрут и цель похода летом 1682 г. у С. В. Бахрушина полностью соответствуют описанию албазинского казака А. Власьевского: «вниз по Амуру, ниже Зеи-реки, до реки Амгуна для собрания ясаку». Однако остальные факты этого похода, приведенные С. В. Бахрушиным, не совпадают с информацией Власьевского, отражающей в значительной мере события, имевшие место, по данным С. В. Бахрушина, во время похода летом 1683 г. на р. Быструю в составе 20 служилых и 47 промышленных людей, организованного для промыслов и помощи казакам. Экспедицию возглавлял казак Григорий Мыльник. 11 дней казаки плыли вниз по Амуру на 6 судах, пока на повороте реки не столкнулись неожиданно с китайцами. Присланные с китайской стороны два офицера пригласили на обед для переговоров Григория Мыльника. Он отправился вместе с попом Максимом и десятью казаками. Ни Мыльник, ни его спутники не вернулись к своим товарищам. Казак Афанасий Байташников, который «за караулом китайских людей» пришел к казакам, тайком передал распоряжение Мыльника, «чтобы они сами о себе позаботились, кому куда ближе, а он, Гришка, задержан китайцами, и они его не выпустят». Затем, поданным С. В. Бахрушина, человек 40 казаков, не пожелавших сдаться китайцам, перебрались с судов на берег и побежали в лес; человек 20 остались на судах у своего добра «и биться с китайцами не захотели, и на берег не сошли». С.В. Бахрушин приводит также сведения о том, что 10 человек из этой неудачной экспедиции благополучно и сразу добрались до Албазина. Самая же большая группа, из 23 человек, с Фирском Яковлевым во главе побежала по направлению к Селенбинскому острогу, где находились недолго, дней 6, после чего вместе с селенбинскими казаками беглецы пошли в Удской острог, забрав с собою аманатов. Эта группа подверглась нападению эвенков, которые перебили 15 человек и высвободили своих аманатов. Оставшиеся в живых казаки добрались до Удского острога.
Часть казаков, в их числе Михаил Иванов Яшиных, Ивашка Захаров, Евфим Алексеев и Павел Дмитриев, отбившись от остальных, как сообщает С.В. Бахрушин, попала в руки китайцев. Известно также, что Михаил и Иван 7 недель провели в китайской тюрьме, пока не были освобождены и отправлены в Албазин с «листом богдыхановым», призывавшим албазинских казаков к сдаче. Михаил и Иван вручили этот лист приказчику Ивану Войлошникову (Бахрушин С. В. Казаки на Амуре. С. 76 – 80; Александров В. А. Россия на дальневосточных рубежах (втор. пол. XVII в.). М., 1969. С. 109 – 115).
Таким образом, не исключено, что бывший албазинский казак Власьевский в 1727 г., рассказывая о событиях давно минувших дней, мог сбиться в хронологии, отождествив в своих воспоминаниях два летних похода 1682 и 1683 гг. Этим обстоятельством и объясняются, по всей видимости, расхождения в повествовании казака Власьевского и в исследовании С. В. Бахрушина.
Следует отметить, что в 1729 г. был еще жив «старейший полоненный» Дмитрий Нестеров, находившийся в Пекине и выполнявший функции церковного старосты при Успенской церкви. Об этом свидетельствуют бывший член Пекинской духовной миссии певчий Андрей Попов (Иркутские епархиальные ведомости. 1864. № 10. С. 159), а также переводчик И. К. Россохин, который располагал информацией и о том, что Нестеров «женат был на китайке» (РГАДА. Ф. Портфели Миллера. Оп. 2. П. 391. Док. № 3. Л. 20). Кроме того известно, что Дмитрий Нестеров относился к тому числу приведенных в Пекин албазинцев, которые «были усерднее к христианской вере». Во время пребывания в Пекине русского посланника Л.В. Измайлова Дмитрий Нестеров и некоторые албазинцы обратились к нему с просьбой взять их в Россию. Однако бывшие албазинцы получили далеко не утешительный ответ: «Вас для того де рады взять в Россию, чтоб выведши на границу яко изменников перевешать» (Материалы для истории Российской духовной миссии в Пекине. Вып. 1. СПб., 1905. С. 11. Сноска 1).
2 Удское зимовье было построено летом 1680 г. на правом низком берегу реки Уды в трех днях пути от ее устья. Не позднее мая 1681 г. Удское зимовье было превращено в острог, а в 1682 г. острог был перенесен на более удобное место несколько выше, в расстоянии в один день пути от старого места, на левый более высокий берег. После основания Удского зимовья поступление ясака с местного населения принимает регулярный характер, о чем свидетельствуют сохранившиеся ежегодные книги ясачного сбора, скрепленные подписями удских приказчиков (Демидова Н.  Ф. Эволюция понятия «Удское неразграниченное пространство» в ходе становления русско-китайской границы в XVII – XIX веках // ИБ ИДВ АН СССР. М., 1976. № 73. Ч. I. С. 60 – 191).
3 Трудно сказать о каком «городе» на Амуре ниже устья Зеи идет речь. В 1681 г. нерчинский сын боярский построил новое ясачное Зейское зимовье на р. Зее, выше Долонского острога, а в 1682 г. прислал в Нерчинск «чертеж» и описание зейских острогов (Александров В. А. Россия на дальневосточных рубежах. Вторая половина XVII в. Хабаровск, 1984. С. 48).

Воспроизводится по:

 Русско-китайские отношения в XVIII в. Материалы и документы, Том 3. 1727 – 1729. М. Памятники исторической мысли. 2006, № 31,

Категория: Акты исторические 1727г. | Добавил: ostrog (08.05.2014)
Просмотров: 400 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]