Главная » Документы » Акты исторические 1680 -1689гг. » Акты исторические 1680г.

1680.02 не ранее

1680г., после 15 февраля. — Статейный список похода томских боярских детей Романа Старова и Ивана Греченинова с служилыми людьми в Киргизскую землю.

Лета 7188 году, Генваря в 11 день, по указу великого государя царя и великого князя Феодора Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, его царского величества, столник и воевода князь Петр Лукьянович Лвов да диак Федор Леонтьев велели итти войною в Киргискую землю на киргиских воровских людей, на князцев Еренячка и на Ебалачка с товарыщи, и на всех их улусных людей Томским детем боярским, Раману Иванову сыну Старову да Ивану Манойлову сыну Греченинову, с томскими и с кузнецкими с детми боярскими, и с конными казаки и с пешими стрелцы, и с отставными детми боярскими, и с конными казаки, и с казачьими детьми и с посадцкими людми, и с пашенными крестьяны, и с чатцкими мурзы, и с Томскими Тотары, и с выезжими Белыми Калмыки. А всяких чинов ратных людей было по наряду с нами Романом и Иваном в Киргиской земле томских и кузнецких 1018 человек. А сходитца нам Раману и Ивану велено с енисейскими и с красноярскими служилыми людми по край Киргиской земли на Белоозере, вниз речки [309] Сереси на усть речки Тереклыюл. А шли мы Роман и Иван с ратными людми до Киргиской земли, до указного места, до речки Сереси и до речки Тереклыюл 3 недели 2 дни черными лесами и ломами, и во многих местех снеги прогребали. А пешие казаки и казачьи дети многие шли на одном коне по два и по три человека, а иные и пеши, с нартами, с великою нужею.
И Февраля в 2 день пришел я Иван с ратными людми на Белое озеро, а Роман остался с обозом и с пушками назади. И взяли мы Иван с служилыми людми языков, Шуйских ясачных Татар, дву человек, Кузечка с братом; и они в роспросе мне Ивану сказали: изменник де Камларские волости ясашной татарин Урузачко живет в ближних местех. И по их роспросным речам, ходили на изменника Урузачка и взяли в юртах двух его Урузачковых сынов; а он Урузачко кочует с Ереначком. И Урузачковы дети и шуйские мужики в роспросе сказали, что де красноярские ратные люди на усть речки Тереклыюл не вышли, а к Ераначку и к Ебалачку была де весть про красноярских ратных людей: нарежаютца де они с Краснова Яру итти войною вверх по Енисею реке. А про томских де ратных людей в Киргиской земле вести нет; а коли бы де весть была, и мы бы де на своих житьях не жили.
Да они ж Урузачковы дети и Шуйские Тотаровя в роспросе сказали: киргиские де князцы Еренячко с товарыщи кочуют на усть двух Июсов, от Белова озера в полуднище.
И томские и кузнецкие всяких чинов ратные люди били челом великому государю царю и великому князю Феодору Алексеевичю, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу, а нам Роману и Ивану говорили: итти де им, против наказу, на речку Тереклыюл, дождатца красноярских ратных людей; а про них де красноярских ратных людей языки сказывают, что вести нет, [310] и чтоб де им ратным людем на Ереначка изменника итти изгоном.
И по указу великого государя, пошли мы Роман и Иван с ратными людми наспех на Бренячков улус, и бежали полтора дни да ночь, и прибежали усть Июсов, и киргиских людей Бреначка и его улуса на кочевье не застали, ушли до нас по приметам и по сакме дней за пять или за шесть. И с того места послали мы Роман и Иван в посылку чатцкова служилова татарина Саускана Яголакова, а с ним томских конных казаков 10 человек. И тое ж ночи, привел к нам в обоз Саускан Яголаков с товарищи языка, мугалскова мужика, а в роспросе нам сказал; Еренячко де кочует со всем своим улусом в ближних местех в полуднище.
И мы Роман и Иван пошли с ратными людми без обозу, а в обозе оставили томскова сына боярскова Федора Полозова с пехотою и с пушки; и шли мы до Ереначковых юрт день; а он Ереначко с того места ушел со всем улусом, услыша весть про красноярских служилых людей, что идут де Енисеей вверх войною в Киргизы; а нам Роману и Ивану с ратными людми гнатца в погоню за ним Ераначком стало поздо, пристигла ночь, а обоз наш остался назади, а к нам не дошел. И мы Иван и Роман, подумов со всеми ратными людми, с того места воротились назад к обозу, чтоб над обозом чего не учинили воровские Киргиские люди, и пришли той ночи в обоз, и у конных служилых людей и в обозе у пехоты и под пушками лошеди пристали и розгорелися от скорые езды, и стояли в обозе день. А про красноярских ратных людей послали мы Раман и Иван проведать в лазутчиках чатциова служилова татарина Саускана Егалакова братей его двоюродных, Шуйских Татар, Кузечка с братом. И Кузечко с братом, пришед, нам сказали про красноярских служи-[311]лых людей: слышели де они от Киргиских людей, что де красноярские служилые люди вошли в Киргискую землю; а на которое урочище вошли и на которой улус, и того де он Кузечка с братом проведать не могли.
И Февраля в 4 день, по утру рано, обявились Киргиских людей человек с двести и болши. И мы Роман и Иван с ратными людми из обозу ходили за ними день; и они от нас побежали по горам и по щелям, и бою с нами не дали. И мы Роман и Иван с ратными людми пошли с обозом к Июсу реке, для красноярских ратных людей, потому что весть про них есть, в Киргискую землю вошли, а соттися с ними не ведаем где, и делу великого государя чинитца мешканье, итти вперед за воровскими Киргискими людми было нелзе, чтоб чего не учинили над красноярскими служилыми людми. А как бы красноярские служилые люди, по указу великого государя и по томской отписке, сошлися с томскими служилыми людми вниз Белова озера на речке Тереклыюл, и делу бы великого государя и промысл чинить над воровскими Киргискими людми без всякого мешкания было и без опасения, и от красноярских служилых людей делу великого государя учинилось мешканье болшое.
И Февраля в 5 и в 7 день, воровские Киргиские люди билися с нами с Романом и с Иваном и со всеми с томскими и с кузнецкими с ратными людми. И милостию Божиею и пресвятыя Богородицы помощию и великого государя царя и великого князя Феодора Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, счастием, воровских Киргиских людей Ереначка с товарыщи с поля сбили, и от нас побежали по горам и по щелям; и на тех боях томских и кузнецких служилых людей воровские Киргиские люди не убили не одного человека. А билися мы Роман и Иван с ратными людми стройством с пехотою и с пушки; а на [312] тех боях бился явственно Сосновского острогу пашенной крестьянин Потапко Килин, и его Потапку ранили на последнем бою спереди обе руки, по мышках копьями пробиты; а у кузнецкого коннова казака у Митки Шабалина убили коня. А их воровских Киргиских людей государевы ратные люди из пушек побили и переранили многих и топтали их воровских Киргиских людей день до вечера.
И Февраля в 8 день, не дождався красноярских ратных людей, прося у Господа Бога милости и у пресвятыя Богородицы помощи, от Июса реки пошли мы Роман и Иван с ратными людми с обозом и с пушками вперед на воровских Киргиских людей. И поутру рано, встретили нас часу в другом дни воровские киргиские и алтырские и тубинские и исарские и езерские князцы Ереначко Ишеев, Ебалачко Изерчеев, да Ил Иркачко, и с иными князцы, и со многими улусными людми, и бой с нами учинили. И Божиею милостию и пречистыя Богородицы помощию и великого государя царя и великого князя Феодора Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца счастием, воровских Киргиских людей Ереначка с товарищи с поля сбили и многих побили и переранили; и они воровские Киргиские люди розбежалися по горам и по щелям. И мы Роман и Иван с ратными людми пошли в обозу стройством и с береженьем. И от киргискова полку выехали 5 человек Киргиских людей и стали кликать, чтоб де Роман и Иван с ратными людми выслали от полку своего людей добрых, с кем бы де было переговорить о миру; а Еренячко де вышлет брата своего роднова Мунзачка. И Иван и Роман, подумав с ратными людми, что ехать ли с Киргискими людми на сезд? И ратные люди, посоветовав, сказали: для чего де не ехать для переговору?
И Роман велел ехать мне Ивану Греченинову, да талмачу Гаврилку Меркурьеву, да отставному конному ка-[313]заку, для калмыцкова толмачества, Ефремку Мутимцеву, да чатцким мурзам, Ясауму Тасмаметю, Сарткулину да Сургуяну Бурлакову. А я Роман с ратными людми, с конными и с пешими казаки и с пушки, стал ополчением; а Ереначко с своими людми стал полком же. И от киргискова полку выехали Ереначков брат Мунзачко, да Ебалачков брат Емандаричко и иные князцы, всех 7 человек. И на сезде со мною Иваном говорил князец Мунзачко: слышим де мы давно Божей гнев и великого государя опалу: на нас Киргиских людей идет де война из Томскова города болшим собраньем; и ныне де мы киргиския князцы его царского величества ратным людем противны быть не хочем. А киргиские де князцы Ереначко с товарыщи велели бити челом великому государю царю и великому князю Феодору Алексеевичю, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу, а в словесном своем челобитье говорили: великий государь пожаловал бы их Еренячка и иных князцов со всеми улусными людми, велел принять под свою великого государя, его царского величества, высокую руку в вечное холопство, и к шерти привести по прежнему, как в прежних годех шертовали отцы их, киргиские князцы, при воеводе при Иване Кобылском. И я Иван Греченинов говорил ему Мунзачку: в прошлых де в давных годех отцы ваши, киргиские князцы, и со всеми своими улусными людми били челом блаженные памяти великому государю царю и великому князю Михаилу Феодоровичю, всеа Росии самодержцу, и блаженные памяти великому государю царю и великому князю Алексею Михайловичю, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу, в вечное холопство, и шерть свою дали в правде, что им, отцем вашим, киргиским князцем и детем их, быть под их царского величества высокою рукою в вечном холопстве, и под городы под Томской и под остроги под Красноярской и под Кузнецкой и под иные [314] остроги и в уезды и в ясашные волости войною не приходить, и руских людей не побивать, и ясашных людей не грабить, и преж государева ясаку на себя не имать. А ныне де Ереначко с вами князцы и с улусными людми шерти отцов своих и свою забыли, и в правдах своих не стоите, на чем великим Государем шертовали: под Томской город и под остроги, под Красноярской и под Кузнецкой и под иные остроги войною приходили, и руских людей побивали, и с ясашных людей преж государева ясаку имали на себя, Каченской и Канской остроги сожгли и служилых людей в тех острогах побили, и пушки взяли, и Качинских, Наринских Татар к себе, разоря, взяли. А ныне великому государю царю и великому князю Феодору Алексеевичю, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодежрцу, писали из городов воеводы, что вашего киргискова воеводства учинилось много. И за ваше воровство указал великий государь вас изменников Киргиз смирить войною томскими ратными людми.
И он Мунзачко говорил мне Ивану: ведаем де мы и сами, что виноваты перед великим Государем; и ныне де мы киргиские князцы его царского величества с ратными людми воеватца не хочем.
Да он же Мунзачко с товарыщи сказал мне Ивану про красноярских служилых людей, что стоят де на Белом Июсе.
И я Иван ему Мунзачку говорил: красноярские де служилые люди будут к нам в полк не малым собраньем. И он Мунзачко говорил одно, что де мы виноваты перед великим Государем, и чтоб де великий государь указал привести их к шерти, и аманатов и ачинские пушки, и красноярских полонеников руских людей, и ясак с есашных людей взять; а воеватца де мы с великим Государем не хочем.
И на том договоре я Иван с товарищи с Киргискими людми розехались; и приехав в полк к Роману [315] и ко всем ратным людем, киргиских князцов людей челобитье к великому государю сказали.
И после того он же Мунзачко выезжал и кликал, чтоб их киргиских князцов принять и привести к шерти.
И мы Роман и Иван, подумав с ратными людми, чтоб нас Киргиские люди шертию не одержали, а над красноярскими ратными людми какова дурна и разорения не учинили, не приняв их киргиских князцов, того дни к шерти не приводя, пошли обозом для красноярских служилых людей на Белой Июс, и на Белом Июсе с ними сошлися. А шли де они служилые люди с Краснова Яру Енисеем рекою, а не против томской отписки, где им велено сходитца на речке Тереклыюл.
И красноярские приказные люди Михайло Ярлыков с товарыщем от воеводы от Данила Загряскова отписки и списку ратным людем не дали, а словесно нам сказали, что де их красноярских всяких чинов ратных людей, конных и пеших, 472 человека; и в послушании у нас красноярские ратные люди, против наказу, не были, чинилися ослушны, а делали все по своим нравам. А енисейские ратные люди пришли с красноярскими же ратными людми вместе; а по сказке приказнова человека Кузмы Дивялтовскова, пришлых из Енисейскова 108 человек.
И Февраля в 9 день, киргиские князцы Еренячко Ишеев с товарыщи присылали в нам Роману и Ивану и ко всем Томским и енисейским и красноярским и кузнецким ратным людем в полк трижды Чернова калмыка Барчекоя, а с ним киргиских князцов дети и улусные люди, человек с двести и болши, приходили с ним Борчекаём и после порознь; и он Барчекай говорил нам: велели де бити челом великому государю царю и великому князю Феодору Алексеевичю, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу, киргиские [316] князцы Ереначко и Мунзачко и Ебалачко, и Алтырской князец Таин Ирначко, и тубинские и исарские и езерские князцы, и все их улусные люди: великий государь пожаловал бы их Киргиских людей, велел принять под свою государеву его царского величества высокую руку в вечное холопство; а ратные де люди аманатов у киргиских людей взяли детей их прямых, и братей и племянников родных; а которые руские красноярские люди у них в Киргиской земле в полону, и тех де руских людей и ачинские пушки отдадут, и ясак с горных порубежных волостей давать будут по прежнему; а войною де под государевы городы и остроги Киргисвие люди ходить не будут и государевым ясашным людем никакия тесноты и обиды чинить Киргиские люди не станут же. И мы Роман и Иван ему Барчекаю сказали: дай де нам сроку до утра, подумаем де со всеми ратными людми, а поутру де вам ответ учиним против киргискова челобитья к великому государю. И его Барчекая из табар отпустили с честью, а Киргисвие люди остались в табарах. И после его Барчекая, красноярские ратные люди у себя в полку убили киргискова мужика; а Киргиские люди у нас в полках за договором ходили просто без оружья; и послыша Киргиские люди, что красноярские ратные люди убили у них мужика, и они Киргиские люди Ереначко с товарищи и с улусными людми от наших полков отшел прочь.
И Февраля в 10 день, пошли мы Роман и Иван со всеми ратными людми с пехотою и с пушки на Киргиских людей войною; и они Киргиские люди били челом великому государю, чтоб великий государь пожаловал их Киргиских людей, велел принять и к шерти привести. И того дни, меж полками киргиские князцы Ереначко и Ебалачко и Мунзачко с товарищи выехали к шерти, а протих их выехали мы Роман и Иван с томскими детми боярскими и с пятидесятники и с [317] служилыми людми и с чатцкими мурзы, всех 23 человека; да с ними ж были енисейской сын боярской Кузма Девялтовской, да кузнецкой сын боярской Иван Петлин, конной казак Федор Тихонов, да красноярские дети боярские Михайло Ярлыков, Михайла Садовской, атоман Родион Колцов, да служилых людей 4 человека. И Ереначко с товарыщи слезли с коней и малахаи сняли. И Ереначко, поклонясь, спрашивал у нас про многолетное здравие великого государя царя и великого князя Феодора Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца. И мы Роман и Иван ему Ереначку про многолетное здравие великого государя царя и великого князя Феодора Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, сказали. А после он Ереначко выговорил про столника и воеводу князь Петра Лукияновича Лвова невежливое слово и про всех ратных людей. И мы Раман и Иван за то его Ереначково невежливое слово к шерти не принели, и поехали к себе в полк.
И Февраля в 11 день, приехал к нам в полк черной калмык Барчекай с товарыщи, и говорил нам: прислали де его Барчекая к нам киргиские князцы Еренячко с товарыщи, и велели говорить: виноват де он Ереначко перед великим Государем, выговорил про воеводу невежливое слово; и чтоб де великий государь пожаловал его Ереначка, велел его в невежливом слове простить, и велел бы его принять под свою государеву, его царского величества, высокую руку в вечное холопство, и к шерти привести, по прежнему договору. И выехали они Ереначко и Ебалачко с товарыщи посреди полков, а мы против их выехали ж. И как он Ереначко с товарыщи сехались с нами, и он Ереначко выговорил: виноват де я перед великим Государем, вчера выговорил про воеводу невежливое слово. И слез с коня и снял малахай, и говорил: приехал [318] де я Ереначко шертовать великому государю царю и великому князю Феодору Алексеевичю, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу, с алтырскими и с тубинсккми и с исарскими и с езерскими князцы и во всех место улусных людей, верою и правдою, против прежнего договору, вечно. И спрашивал про многолетное здравие великого государя царя и великого князя Феодора Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца. И против шертоприводной записи, киргиские князцы Ереначко и Мунзачко и Ебалачко и Мандарачко, Абамка алтырской, да Иниркачко Тарган Ейзан, тубинской Сурло Талай Аном, езерской Талбак Табунов, исарской Мергень тайша шертовали. И говорили они Ереначко с товарыщи, что впредь им киргиским князцом и улусным людем никаким воровством не воровать, и под государевы городы и остроги войною не приходить, и ясашных людей ни в чем не обидить и не грабити, и на калмыцких тайш и на себя преж государева ясаку алману у них не имать. А Мелеских и Ачинских Татар, которые забраны, и тех де Татар вышлем на прежния их житья. А после государева ясаку, плохую рухлядь, которые ясашные люди в волю станут давать, и то де будем имать по прежнему; а силою де и насилством с ясашных людей алману имать и обид никаких чинить не будем. А с горных де порубежных людей ясак великого государя готов. Да в то ж время Ереначко выговорил: рад де я служить и прямить великому государю и добра хотеть во всем в правду. А которые де тайши, или какие воинские люди помышлять станут войною на государевы городы и остроги, и на всяких государских людей, и я де Ереначко готов за великого государя битца, и в городы весть подавать, кроме того, куды де пойдет Кеген тайша; а об Кегене де вести не подам.
Да в то ж время говорили мы ему Ереначку с то-[319]варыщи о Красноярских, Качинских и Аринских Татарах, чтоб их велели выпустить в Красной яр.
И Ереначко с товарыщи говорили нам: Качинцов де и Аринцов велел им Ереначку взять с Красного Яру Кеген тайша; и о том де мы пошлем к нему послов, и чтоб де, по указу великого государя, воевода из Томского к Кегеню тайше послал же. И толко де Кегень тайша не велит их вам держать, и мы де их всех втпустим по прежнему на Красной Яр.
И после того, Ереначко и Ебалачко и Мунзачко и алтырские и исарские и тубинские и езерские князцы пили шерть; и после шерти поехал он Ереначко с товарыщи к себе в полк, и прислал к нам аманата плохого, далнего своего родича. А красноярским ратным людем дали аманатов Тубинские земли дву человек. А под ачинские пушки прислал он Еренак саней. И мы Роман и Иван послали с санми к ним пушкаря Ивашка Безсонова да талмача Гаврилка Меркурьева. И они Ивашко и Гаврилко ездили с полудни до полуночи, и в полк приехали к нам, а пушек не привезли, а сказали нам: положили де они те пушки на сани, а везти де им не на чем; а Ереначко де им подвод под пушки не дал, и те де пушки осталися у него Ереначка близко юрт. А по сказке пушкаря Ивашка Безсонова и талмача Гаврилка Меркурьева, железная пушка огорела и изогнулась дугою, а у медной пушки дуло отгорело, и к стрельбе те пушки не годятца.
И Февраля в 12 день, посылали мы Роман и Иван к ним Ереначку с товарыщи, для добрых аманатов, против прежнего договору, чтоб дал сына своего, или брата, или племянника, и ясак бы великого государя, собрав, нам отдал, и пушки б в полк к нам прислал. И он Ереначко в оманатах о перемене отказал; а для ясаку велел оставить в волости служилых людей, а сам побежал, и пушки к нам не прислал. [320] И мы за ним Ереначком с товарыщи с томскими и с енисейскими и с красноярскими и с кузнецкими ратными людми гналися с Июсу до Уйбату 7 дней; и против 8-го дни стали мы на стан на Уйбат табором. И за умножение грех ради наших, коней в табаре, неведомо отчего, табун взыграл и обоз разбили и выбежали из табару на степь. А красноярские ратные люди из своих табор в то время почели стрелять из оружья, и томские ратные люди почели потомуж стрелять, чаяли что Киргиские люди напустили, и они оттого испужались и побежали вверх по Уйбату. А в то время была ночь темна, и ушло 207 лошадей. А за теми лошадми гонялись ратные люди с 50 человек и болши. И Киргиские люди собрались болшим собраньем, и тех лошадей у них отбили, а их служилых людей у Уйбату осадили. И тех ратных людей мы из осаду выручили Февраля в 14 день. И бились мы с Киргискими людми день болшим съемным боем, и Киргиских людей многих побили, а иных переранили. А томских ратных людей на том бою убито 5 человек, да кузнецкой казак, да енисейских и красноярских 7 человек, да в загоне за конми убито томских ратных людей 4 человека, да Белых Калмыков 4 ж человека, да чатцкой татарин. А кто имяны томских и кузнецких всяких чинов ратных людей на бою и в загоне убито и ранено, и тем людем им явная роспись под сим послужным списком. И после бою на другой день выпустили к нам они Киргизы красноярского полону руских людей 5 человек. А на третий день пошли мы на них Киргиз с боем, и они Киргиские люди кликали и говорили нам, чтоб мы взяли у них аманатов добрых, да коней ратных людей; а пушки ачинские де вывезем де на своих конех на дорогу.
И Февраля в 15 день, Киргиские князцы Еренячко и Ебалачка с товарыщи дали . . . . . (оторвано) в аманаты Ебалакова племянника родного Емандарина сына [321] Шибона, да Исарского мужика Обала, да к ним кашевара. А коней, по договору, хотели отдать. И мы стояли полтора дни. А ратные люди, будучи в Киргиской земле, оголодали и оцынжали, и идучи дорогою, у многих ратных людей кони попристали, а у иных в Киргиской земле отогнаны. И приходили к нам ратные люди и говорили, чтоб им не стоять для коней. И мы пошли от Уйбату; а енисейские и красноярские ратные люди пошли от нас самоволно, без отпуску, в Енисейск и на Красной Яр. И Красноярского острогу сын боярской, приказной человек Михайло Садовской, приезжал к нам Роману и Ивану в полк, до их красноярских ратных людей поезду за день, и являл на красноярских ратных людей в том, что де он Михайло почел им говорить: пойдем де мы вместе с томскими ратными людми и начуем и переговорим, куды будет лутче итти. И они де красноярские ратные люди хотели его за то убить; а поп де Ияков хотел его ж Михайла за то ножем зарезать. А пошли де самоволством розно. И мы Роман и Иван отошли от Уйбату неболшое место, и осталися в Киргизах для конные мены Чатцкие Татаровя Тыныш Анбаев, Кожак, да Кармыш Бурлаковы дети с товарыщи, 27 человек. И Киргиские князцы им Чатцким Татаром зла никакого не учинили, отпустили к нам в полк, и прислали наших 28 лошадей отгонных; а про достолные сказали, что де мы всех сберем и пришлем к вам в полк. И как приехали Чатцкие Татарове к нам в полк, и мы послали к ним Киргизам талмача Гаврилка Меркурьева, да отставного конного казака Митку Тихонова Манжу с выговором, да с ними аманатного кашевара об ясаке и о пушках и о конех. И оне Гаврилко и Митка приехали . . . . . Киргиские лю . . . . .

Подлинник. Конца недостает. На обороте, по склейкам: К сему послужному списку, вместо томскова сына боярскова Романа Иванова сына Старкова, по его веленью, [322] сын его Сенка Романов сын Старкова ру . . . . . К сему послужному списку сын боярской Иван Манойлов сын . . . . . К сему послужному списку подьячей войсковой, томской конной казак Матюшка По . . . .

Воспроизводится по::

Сборник Князя Хилкова СПБ, 1879, № 100, с. 308 — 322.

Стиль, пунктуация и орфография сохранены, буквы старого русского алфавита заменены современными.


Сетевая версия – В. Трухин, 2013.

Категория: Акты исторические 1680г. | Добавил: ostrog (17.09.2013)
Просмотров: 558 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]